Два раза в день его навещали родители. Не его, конечно, а Стёпы Воробьёва. Папа Валера забегал утром до завтрака, а Дарья Антоновна приезжала после ужина, когда у неё заканчивалась продлёнка. Светлик не хотел с ними видеться, но не знал, как им об этом сказать. Поэтому просто терпел, пока они сидели с ним в холле, расспрашивали о здоровье и о настроении, и ждал, когда они уйдут. Ему никто не был нужен. Он отказывался от сладостей, фруктов и игрушек и мечтал только об одном — вернуться домой. В свой настоящий дом, к настоящим родителям. Но как? Светлику казалось, что он сидит в громадном мыльном пузыре, который никак не лопнет. Пузырь не отпускает его. И выбраться на свободу нет никакой возможности.
На четвёртый день к вечеру у Светлика настолько упало настроение, что он решил никуда не ходить. Его соседи убежали из комнаты, и он остался один. Обычно по вечерам в холле проходили развлекательные мероприятия. Там собирались дети со всего санатория, играли, танцевали, смотрели спектакли и пели караоке. Но Светлику было не до развлечений, его уже ничто не радовало. Он лёг на кровать, прижал к себе построенного из конструктора рыцаря на коне и с тоской уставился в высокий белый потолок.
— Эй, дружок! Ты чего лежишь? — услышал он вдруг весёлый голос. — Ну-ка бегом в холл! Все уже там.
Светлик повернул голову. В дверях стоял улыбающийся человек в медицинском костюме и синей шапочке. Такую одежду в санатории носили медсёстры и санитары. Но этого человека он ещё не видел. Наверное, новенький, ходит и собирает всех на вечернее мероприятие.
— Не пойду, — буркнул Светлик.
— Почему? — удивился санитар. — Там сегодня инт
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін