Тогда, как и сейчас, ему стало так жарко, что взмокла шея и тяжелым румянцем налились щеки. Он краснел на манер Петрушки из детской сказки, как только начинал с ней целоваться!..
Тогда, поцеловавшись с ним немного, она очень строго и решительно сказала: «Прекрати, так нельзя!» – и попыталась освободиться. Боголюбов еще сильнее прижал ее к себе, и они целовались безостановочно, кажется, трое суток.
…Потом ему все время хотелось ее трогать. Он слонялся за ней, брал за руку, заправлял за ухо волосы, прижимался плечом или коленкой, когда она сидела рядом, перехватывал ее на ходу, когда она проходила мимо, гладил по спине, утверждая, что там, где лопатки, у нее непременно должны прорезаться ангельские крылышки, а чуть пониже, вот здесь, непременно пробьется шерстяной скрученный черненький хвостик!..
Чудны дела твои, Господи
·
Татьяна Устинова
