Алатырского Засурья, храмовый зал — обширная поляна — кереметь, окружённая лесом.
В центре её, как амвон — курган с могучим тысячелетним белым древом со златой цепью на ветвях, который берёзой-то не назовёшь, но это Отец всех берёз: Килейне — центр эрзянского мира, Древо Жизни.
Поют, поют, заполняют Вселенную волынки-пувамы, скрипки-нюди, отбивают ритмы шавомы, и вторят пентатонике Эрзянского Моляна нестройным эхом Священная Роща — Репештя, а дальше, а дальше поют бескрайние мордовские леса.
Пылает костёр у подножья древнего Килейне.
Клубится дым и пар из больших котлов.
И медленно, плавно седобородые предки Атят Покштят в снежных одеяниях подводят к костру белого прозрачного коня
Эрьзя. Возвращение в Мастораву
·
Владимир Стрелков
