Шерсть клочьями висела на гниющих боках. Ребра торчали наружу, прорывая серую кожу. У одной не было нижней челюсти, длинный язык болтался тряпкой, но она всё равно скалилась. У другой глаз висел на ниточке нерва. Запахло падалью так сильно, что Ольгу замутило.
