Нет, я просто хотел, чтобы мой инструмент настраивал лучший лондонский настройщик “Эраров”, и я сознавал, что это требование заставит военных признать, насколько они зависят от меня, признать, что мои методы работают, что музыка, как и сила, способна обеспечивать мир. Но я также знал, что если кто-то проделает весь этот путь, чтобы выполнить мою просьбу, это должен быть человек, который верит в музыку так же, как я сам.
