День выдался жарким. Солнце пылало в небе, воздух казался жгучим, как в палатке-потельне. Жар, вызванный обезвоживанием, начал мутить рассудок. В голове у Харки осталась одна-единственная внятная мысль: он не хотел сдаваться. Он не желал возвращаться с позором! Но он не хотел и умереть, сдохнуть в прерии, как койот.
Он хотел... хотел... Он все еще чего-то хотел. Это было единственное, что у него осталось, — его воля. Пляска образов и видений у него перед глазами становилась все более дикой и цветной. Вода! Вода!
Изгнанники, или Топ и Харри
·
Лизелотта Вельскопф-Генрих
