— Тогда, — он обхватил её лицо ладонями, и его кожа обожгла её холодом и жаром одновременно. — Я заберу его сам. Без твоего согласия и без всяких контрактов.
Прежде чем она успела вставить очередную колкость, его губы накрыли её.
Это не было похоже на тот отчаянный жест в пустоте Разлома. Это был поцелуй-заявление, поцелуй-захват. В нем была вся его трехсотлетняя тоска, всё его возмущение её характером и всё то безумное, иррациональное чувство, которое он так старательно называл «эмпатическим шумом».
Янина охнула, но уже через секунду её руки сами со
Ведьма, маг и мелкий шрифт
·
Юлия Туезова
