При этом наметим два разнонаправленных вектора. Первый будет вполне очевидным и является прямым продолжением стратегий патологизации религиозных переживаний, развивавшихся в психиатрии начала XIX века. Например, известный американский нейроэндокринолог и популяризатор науки Роберт Сапольски в своей работе «Биология добра и зла», полностью укорененной в традиции объяснения всех аспектов жизни человека через идею церебрального субъекта, рассматривает эпилепсию как главный источник новозаветной одержимости и средневекового ведьмовства [585]. Другие исследователи выдвигают предположение, что видения Бернарда Клервоского, «вероятно, были вызваны воздействием фрагментации сна на префронтальную кору головного мозга», а экстаз Терезы Авильской — «торможением таламуса» [586]. Здесь опять же используется практика ретроспективной медицины, но на этот раз связанная не с психиатрическими теориями, а с физиологией головного мозга, изученной через нейронауки. Учитывая тот абсолютный статус, который эти исследования имеют ныне, уровень аргументов Сапольски и их научная актуальность в общественном сознании оказываются значительно весомей всех рассуждений психиатров на этот счет.
Но патологическая перспектива для нейронаук выступает лишь стартовой точкой в процессе понимания феномена религии и объяснении религиозных переживаний. Те методы, которыми они обладают, позволяют делать более амбициозные и всеобъемлющие предположения о феномене религии в целом, что создает почву для сложных конструктов, таких как нейротеология и нейрофеноменология, не просто объясняющих религию, но апроприирующих ее положительные с точки зрения физиологии мозга практики для нужд современной секулярной жизни. Последний тип представлен целым спектром исследователей — от изобретателей «машин просветления» [587], чья деятельность была сатирически препарирована даже Виктором Пелевиным [588], до крупных нейроученых, создателей целой сферы нейротеологии, и философов сознания.
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін