В этом вся жестокость, — ответил Каден. — В этой вере. В этой надежде. Это хуже пыток Мешкента. Это нас и удерживает, заставляет принимать страдания. Младшие боги — не дети Сьены и Мешкента, они — их генералы, наши тюремщики.
Он покачал головой, припомнив сидящего за костром Длинного Кулака в палатке на Пояснице.
— Бог назвал нас инструментами. Мы — рабы
Хроники Нетесаного трона. Книга 3. Последние узы смерти
·
Брайан Стейвли
