К тому же какой-либо трагичности в Леониде Вячеславовиче отродясь не было. Умереть в расцвете лет — это тоже признак изощренного артистизма, а чрезмерное эстетство — не про Куравлева. Не обладая гениальностью и острохарактерной внешностью Евгения Леонова, Куравлев всегда был в нашем кино его ближайшим аналогом. Именно в «Афоне» они единственный раз (не считая разве что сугубо кратких совместных появлений в «Уроке литературы» и «Гори, гори моя звезда») сыграли в тандеме — и более жизненного, правдивого, взятого из самой гущи советской действительности дуэта трудно и припомнить в нашем кинематографе, привыкшем к сглаживанию острых углов.
Георгий Данелия
·
Евгений Новицкий
