Вслед за выдающимся британским палеоантропологом Крисом Стрингером (Stringer, 2012) мы предполагаем, что развитие сложной системы межгрупповых отношений, связавшей разрозненные, враждующие коллективы охотников в общности более высокого порядка (такие как племена), могло стать одной из причин победы сапиенсов в конкуренции с другими видами поздних Homo. А может быть, даже главной причиной. Более высокая плотность населения у африканских сапиенсов (по сравнению с евразийскими неандертальцами и денисовцами) могла способствовать тому, что именно у сапиенсов культурная эволюция породила обычаи, благоприятствующие мирному сожительству (и даже сотрудничеству) соседних групп, говорящих на одном языке. Это, в свою очередь, должно было привести к ускорению культурной эволюции благодаря межгрупповому культурному обмену и расширению “коллективного разума”, то есть увеличению числа людей, вовлеченных в общий процесс создания, сохранения и распространения поведенческих и технологических инноваций (см. главу 12). И вот уже на горизонте забрезжила великая верхнепалеолитическая культурная революция (см. раздел “Древнейшая наскальная живопись Индонезии” ниже), а шансы неандертальцев и денисовцев на успешное противостояние африканским пришельцам стали таять, как снег под весенним солнцем.
Эволюция человека. Книга 3. Кости, гены и культура
·
Александр Владимирович Марков
