5. Родственники
Если при формировании круга друзей или в нетворкинге мы можем выбирать, к кем общаться, а с кем нет, определять, кто войдет в нашу репутационную ячейку, а кто нет, то в отношении родственников такие действия неприменимы. Получается, что влияние родственников на наш репутационный аспект находится вне сферы нашего контроля и влияния.
И так было всегда. Существует такое явление, как стереотипное (или репутационное) восприятие человека в зависимости от его принадлежности к определенному роду, клану, народу и даже конфессии. Таким образом, коллективная репутация формирует репутационную ауру каждого ее члена и наоборот. Чтобы показать, как это работает, приведу такой случай.
В 2015–2016 гг. «БТА Банк», где я возглавлял департамент по работе с персоналом, объединялся с Казкоммерцбанком. Все вновь принимаемые на работу сотрудники должны были пройти проверку службы безопасности. Здесь следует отметить, что в банковской сфере, как и в других чувствительных к безупречной репутации областях, проверяется не только сам кандидат, но и его ближайшее родственное окружение. Так, в отношении одного из кассиров проверка выявила, что ее супруг ранее привлекался к уголовной ответственности за кражу, совершенную в Западно-Казахстанской области.
Возникла щекотливая ситуация, ведь, с одной стороны, не кассир совершила правонарушение, а ее муж, но он к тому времени уже отбыл наказание, то есть юридически погасил правонарушение. Однако сотрудница должна была занять место в кассе пересчета банка, куда стекались миллионные суммы наличности из нескольких отделений города, и эта должность предполагала владение строго конфиденциальной служебной информацией об объемах перемещаемых денег, расписании движений инкассаторских машин и работе системы безопасности.
Этот случай подтверждает тот факт, что мы несем репутационную ответственность за свое родственное окружение, хотя оно находится вне сферы нашего свободного выбора. Такова реальность, хотя это может показаться несправедливым с человеческой точки зрения и даже иногда становится причиной личных трагедий. Достаточно вспомнить, как сокрушалась главная героиня трагедии Шекспира «Ромео и Джульетта», узнав, что ее возлюбленный принадлежит к враждующему клану: «Одно ведь имя лишь твое мне враг, а ты — ведь это ты, а не Монтекки. <…> Так сбрось же это имя! Оно ведь даже и не часть тебя. Взамен его меня возьми ты всю!» [21] Представление о том, что можно отказаться от имени и тем самым отмежеваться от рода благодаря личному «ребрендингу», весьма иллюзорно. Сила кровного родства и именной идентификации велика и является сутью общественных взаимоотношений. И в этом смысле с течением времени ничего не меняется: хорошо это или плохо, но и сегодня наше первое впечатление от встречи, например, с Иванкой Трамп или Саифом Каддафи — детьми видных политических деятелей, скорее всего, будет обусловлено нашим мнением об их отцах. На основании этого можно утверждать, что репутация — это кровно наследуемый актив без возможности в
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін