Ему повиновались; и что же он увидел? Соперник, гонитель, враг – у него в руках! Ярость воспламенила его черты, а в следующий миг сменилась выражением торжества и неумолимой ненависти. Фанни заметила, как вспыхнули его глаза – и побелела. Она заговорила, дрожа всем телом, но пытаясь сохранять спокойствие:
– Да, как видишь, он здесь. Ты должен спасти его – и свою душу. Избавь Анри от смерти – и возблагодари Бога за то, что избранный тобою преступный путь позволил тебе совершить хоть одно доброе дело.
Несколько секунд, казалось, Луи искал ответ: так в приступе ярости человек ищет рукой на поясе рукоять кинжала.
– Друзья мои, – сказал он наконец, – дайте женщинам уйти, как мы им обещали. А этому юному аристократу можете воздать по заслугам.
– A la lanterne! – раздался дружный рев сотни голосов.
– Только сперва дайте уехать его матери!
Неужто эти слова звучат из уст Луи? И этого человека она любила? Молить его о пощаде – то же, что дразнить тигра в его логове… Вдруг новая мысль промелькнула в уме Фанни; она едва понимала, что говорит и что делает; но мятежники уже выхватили ножи; она же, дрожа от ужаса, почти видела, как кровь товарища ее детских игр льется на мостовую. Не раздумывая, Фанни бросилась вперед и перехватила занесенную руку с ножом:
– Он не аристократ! – вскричала она. – Он мой муж! Убьете ли вы того, кто, забыв о своем происхождении, о чести, о долге, женился на крестьянке – на одной из вас?
И этот крик почти не возымел действия на толпу – однако странно отозвался в душе ее жестокого возлюбленного. Схватив ее железными пальцами за плечо, Луи воскликнул:
– Правда это или ложь? Ты замужем за этим человеком – ты его жена?
– Жена! – Едва это слово сорвалось с уст, Фанни умолкла в ужасе, вполне осознав его значение для Луи – и то действие, какое оно может произвести.
На лице Шомона отражалась неописуемая смена чувств: ярость, порожденная ревностью, на миг накалилась почти до безумия – и вдруг рассеялась без следа. Каменное сердце в груди разом смягчилось. Какое-то новое, жаркое, всепоглощающее чувство хлынуло в душу; он взглянул на ту, которую любил, которую потерял навеки; она, дрожа, стояла перед ним – и к глазам его подступили слезы.
– Не бойся, – сказал он наконец, – не бойся ни за него, ни за себя. Бедное дитя! – ты так молода – нет, тебе не стать юной вдовой! Он останется жить!
1 Ұнайды
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін