Все доводы меркнут, когда Мирослав прижимает меня к себе. Я уже не слушаю кричащее подсознание, я и так согласна на все, хоть и отпиралась поначалу. В реальности целуется он даже лучше, чем во сне. Опускаю руки на его грудь и улыбаюсь: Евсеев и правда горяч. Его тепло передается и мне, уверенности Мирослава хватает на нас обоих, поэтому подаюсь вперед и почти мычу в губы:
– Не остановлю.
– Точно? – спрашивает, выгнув бровь. Он отстраняется, а по моей коже тут же бегут мурашки, подгоняемые прохладой ветра. Мирослав пропускает мои волосы через пальцы и одной рукой гладит спину, проходясь по кромке сарафана.
– Не помню, чтобы ты раньше задавал уточняющие вопросы, – смеюсь, наконец меняя свое положение на выигрышное.