От глаза почти ничего не осталось. Кожа слезла, обожженные мышцы стянуло красными перетяжками. В двух местах они больше не сжимались – черные основания обугленных связок отмерли. Челюсть двигалась, контролируемая только одной, левой стороной. Волосы с правой стороны походили на волосы Якко: они сжались, спружинили, стали мелко завитой губкой. Букими коротко сплюнул и потянулся за сухими перевязками.
Этот ублюдок… за все заплатит.
Цукумогами. Три письма в Хокуто
·
Анни Юдзуль
