но по сравнению с нынешним вариантом оно было очень простым по форме, и не было в нем вовсе монологов «я» — героя произведения. Оно было аккуратно собрано как рассказ. Осенью того года я взял почитать у соседа, господина Акамацу, книгу Жида о Достоевском, задумался, изрезал в клочья свое даже первобытно-строгое произведение «Море», вставил повсюду лицо персонажа «я», хвастался перед друзьями, что такого романа в Японии еще не было.
Мыслящий тростник
·
Осаму Дадзай
