Расфокусированный взгляд читателя, в том числе профессионального — вот основной и, похоже, неустранимый дефект новой ситуации. Внимание читателя рассеивается, но чему ж удивляться: он и сам теперь «человек рассеянный». Его координация нарушена; он жил как все, а уж давно нет никаких всех.
Есть еще одна новация, свойственная именно «человеку рассеянному»: те, кто продолжают читать, начинают читать очень быстро, то есть бегло. Не столько читают, сколько проглядывают, прикидывая: то ли они читают. За новым типом чтения следует новый род письма, как раз предполагающий чтение «по диагонали».
Автор, не способный принять для себя такое письмо, выбирает тем самым ту долю общественного внимания, на которую может рассчитывать. Он отстаивает свою суверенность (художественную идентичность), рискуя остаться незамеченным. И примечательно, что художественный выбор вновь оказывается выбором социальным.
Ольга Седакова
Дискурсы свободы в российской интеллектуальной истории. Антология
