В одно мгновение призрак исчез, и с того времени я никогда уже не решался продолжать чтение рукописи.
— На лице старика, — продолжал Двойник, — во время рассказа написан был страх, произведенный воспоминанием. Ни просьбами, ни обещаниями не мог я побудить его раскрыть опять книгу. Я твердо уверен, что старик меня не обманывал и что он сам верил тому, что рассказывал.
Весь Погорельский
·
Антоний Погорельский
