Как‐то редактор потребовал от меня и моих соавторов устранить слово “эмпатия” из заглавия статьи об утешении у шимпанзе. Он предпочел, чтобы мы ограничились в наблюдениях самим поведением, ведь мы не можем быть уверены, что утешающие друг друга шимпанзе движимы эмпатией. Я могу понять эту логику, но только до определенного момента. У нас есть данные по разнообразным видам, свидетельствующие, что это поведение служит снижению стресса у реципиента, чаще всего имеет место между близкими социальными партнерами и регулируется гормоном привязанности, окситоцином, – и все это укладывается в рамки гипотезы об эмпатии. Но главное, точно такое же поведение у человеческих детей без вопросов считается эмпатическим. Поэтому я предлагаю более экономное объяснение: другие виды думают и чувствуют подобно нам. Однако в силу представления о человеческой исключительности мы обычно неохотно это признаем. Франс де Вааль придумал обозначение для этого явления – “антропоотрицание”: “слепота по отношению к человеческим характеристикам животных или к животным характеристикам нас самих”[211].
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін