А клефт простонал: «Ты отыйди, монах!
На грех и на пагубу ваша обитель
Взрастила меня… я беглец Каллимах;
Забыл и отринул меня искупитель!»
— «Христос, — был ответ, — не отверг никого,
Кто робко и ревностно ищет его:
Мой сын, принеси покаяние!»
И что же? — незапно во прах
Пред старцем упал Каллимах;
Слова ж заглушило рыдание.
Ижорский
·
Вильгельм Кюхельбекер
