Он стал помогать, общими усилиями рубашка была сброшена к тому времени, как они добрались по коридору до его спальни. Ботинки, носки и брюки отправились на пол. Кровать громко скрипнула, принимая тяжесть двух тел. Не было никаких прелюдий, ждать не могли оба. Губы его не покидали ее губ, руки переплелись, и он вошел в нее так сильно и глубоко, что она приглушенно вскрикнула под его губами.