– Ты слушаешь, Оля?.. Меня не заботит наша претензия на великость. И мне совсем не в боль наши имперские одышки… хронические! на каждом пригорке!.. Я, Оля, ненавижу кровь. Я холодею от национальной поножовщины… Я скромный камерный человечек. Я маленький. Но при всем этом… При всем этом, Оля, почему я так хочу мужского бесстрашия?
Две сестры и Кандинский
·
Владимир Маканин
