придала своему лицу «взрослое» выражение и произнесла, обращаясь к Шкету:
– Тай лафу! – и протянула к щенку свою маленькую ладошку. Пес послушно выполнил команду, и его лапа легла поверх руки ребенка. С девчушки тут же ушла вся серьезность, она рассмеялась и обняла пса, приговаривая. – Маласес Шкеть! Халосая собаська! – произнесла, как и команду до этого, пусть на исковерканном, но на русском!
Она, как и другие дети, днями напролет сидела рядом со мной, сидела и смотрела, как я
