Это страшно. Страшно даже сейчас, когда тебе семнадцать. Еще немного, и ты сам будешь вправе вершить свою судьбу. Но все равно... У Сэлла есть мама — дурная, гулящая, пусть даже продажная — неважно! Но она есть! И у Амелии вроде бы есть... Вот только ключевое слово здесь — «вроде бы».
