Тьма вокруг сначала сковывала, потом сводила с ума, а теперь, к концу пути, стала безразлична. Если он и боялся, то точно не темноты. Он опасался не успеть, и эта навязчивая мысль заставляла его время от времени истошно кричать от отчаяния, безысходности и беспомощности, в которые его завела судьба. Когда голос переходил на хрип, Артем ненадолго замолкал и шел дальше.
