Твоя беда, – сказал он хмуро, – в том как раз, что ты, мелкий, слишком много думаешь. А надо просто жить. И будь что будет. Думаешь, эти вот ветки, – он тряхнул вязанками хвороста, отчего те протестующе зашуршали, – размышляют сейчас, где их дерево, от которого их оторвали? Или о том, что их скоро сожрет пламя в нашей печи?