не ты. Когда я вижу, что посягают на мое… — автоматически сжимаю кулаки. — Я башку теряю. Все закончится или больницей, или тюрягой.
— Так и я чуть не сел на двадцать лет, — продолжает друг.
Я задумчиво хмыкаю и делаю еще одну затяжку.
— Ты не рассказывал.
— Ты не спрашивал.
Вообще-то, у мужиков не принято обсуждать отношения. Обычно каждый варится в своем аду, делая вид, что все нормально. Но я-то знаю, чем заканчиваются такие прятки, поэтому даю другу выговориться.
— И как ты вылез?
— Как, как. Я просто подумал: если сяду, то сделаю одолжение этим подонкам со вставшими членами, — Доминик оглядывается в сторону гаража. Не хочет, чтобы кто-то нас услышал. А потом тихо продолжает: — Наступит день, и она вернется. Я уверен.
— С чего вдруг?
— Потому что никто не сможет полюбить ее так, как я.
Улыбаюсь.
— Слюнтяй.
Его оптимизм снимает напряжение, но в моем случае даже это не сработает надолго. Я знаю.
Лорен должна быть моей во всем: от взгляда до мысли, или пусть не приближается ко мне.
Сегодня она выбрала второе.
Я больше не подойду к ней.
И ей не позволю.
— Останешься? — после паузы спрашивает друг. Он бро
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін