А пустота в груди становилась всё больше и больше, больнее и больнее. Мне хотелось бы верить, что это любовь. Но любовь не может болеть: любая — счастливая или несчастная — она наполняет тебя ощущением целостности. А та пустота, что была во мне, хотела лишь одного — быть заполненной, хоть чем-то, хоть кем-то. Теперь я понимала Ветреных братьев, хотя моя боль и в сотой доле не была такой же глубокой, как у них.
Крылья ветра: Девушка и талисман
·
Наталья Маркелова
