До 1940 года вполне возможно было бы мысленно вычесть Черчилля из мировой истории и даже из истории Англии так, как если бы его вовсе не было, и убедиться в том, что ничего решающего не случилось. Стало бы чуть меньше блеска, не более того. Ту же мысленную операцию можно проделать и после 1942 года с тем же результатом. Если бы Черчилль зимой 1943/44 года умер от воспаления лёгких, которое свалило его в постель на обратном пути с Тегеранской конференции в Карфагене, не изменилось бы ровно ничего: гигантский «Nußknacker» [180], стальные челюсти которого размололи Германию и Европу Гитлера в 1945 году, уже был пущен в ход и функционировал бы исправно и с Черчиллем, и без него.
Уинстон Черчилль
·
Себастьян Хафнер
