Но сейчас, в тишине последнего весеннего вечера, ее большие ореховые глаза смотрели так нежно, что он готов был поклясться – стеклянная стена, незримо стоящая между ним и вестницей Богов, треснула. Пускай пока трещина и была размером с усик летнего жука, но характерный звук надломленного стекла невозможно было спутать ни с чем. И принц был готов разбить кулаки в кровь, лишь бы окончательно уничтожить эту преграду и обнять Теону не только как друг.
Нити дочерей ночи
·
Евгения Санакоева
