– Чей папаша? – удивился Алешка. – Ваш?
Я, честно говоря, тоже удивился. А Митёк засмеялся.
И объяснил, что так прозвали этот автомат бойцы на фронте, переделав на свой лад его марку – «ППШ».
А что, подумал я, похож. У него даже вид какой-то добродушный – как у папаши-пенсионера. А вот немецкий автомат, тот совсем другой – хищный и с каким-то шипящим змеиным названием – «шмайссер».
Два дундука из сундука
·
Валерий Борисович Гусев
