В такую вот грустную, несчастную и не особенно молодую в сравнении с женой. Маша была моложе Инны на восемь лет и красивее в восемь раз. Да что там говорить…
Инна увидела вдруг, что за столиком не хватает стула для вновь прибывшего гостя. Стол рассчитан на четырех человек, а Гарик — пятый.
Она поднялась со своего места, взяла два столовых прибора и перешла за соседний свободный столик.
Дикареша подскочила к отцу, облепила его колени. Стало видно, что они похожи — те же темно-синие волосы, низковатая макушка. Макушка у обоих располагалась чуть ниже, чем положено. Дикарь-папа и Дикареша-дочка.
Гарик остался стоять возле стола, склонив голову. Правильнее сказать: повесив голову. Его огорчил уход Инны. Хотелось компании. Хотелось, чтобы было весело. Семья — это семья. Изучена вдоль и поперек, ничего нового. А Инна с девочкой — это два новых человека, которых интересно познать и себя прокатить на новой матрице. И что-то еще, неведомое, зовущее и дразнящее.
Инна заметила эту склоненную голову, висящие руки. Маша тоже заметила, но сделала вид, что не заметила. Впереди Новый год, семейный праздник. Семья в сборе, а это — главное. Остальное — детали. Аксессуары. Кстати, красивая жена — тоже аксессуар.
Сбор гостей был назначен на одиннадцать часов вечера. Следовало проводить старый год, а потом встретить новый. Программа на всю ночь.
Инна не собиралась праздновать Новый год, но вдруг почему-то пошла в ванную. Встала под душ, пустила горячую воду, густо намылила мочалку. Она с силой терла себя, как будто сдирала и смывала всю прошлую жизнь. Стояла в густой пене. Потом эта пена падала к ногам и уходила в дырочку стока, неведомо куда, в преисподнюю.
Инна вышла из ванной, завернулась в халат. Долго отдыхала в кресле. Тело дышало, приходило в себя. Инна превращалась из подранка в молодого зверя, полного сил, способного на полноценную охоту.
Блинок включила телевизор. Там передавали танцы народов мира.
Блинок пробовала повторять эти же ритмы. Она была кругленькая и неуклюжая, но старательная. Старалась изо всех сил и была собой довольна.
— Похоже? — спросила она у мамы.
— Как свинья на коня, — ответила Инна.
Блинок задумалась. Конь и свинья — совершенно разные животные. Как они могут быть похожи?
— А кто свинья? — уточнила Блинок.
— Конечно, они. — Инна указала в телевизионный экран.
Блинок удовлетворительно кивнула головой, однако танцевать перестала.
Инна сгребла ее в охапку. Она обожала свою дочку — милую, кругломорденькую, доверчивую. Ее ничего не стоило обмануть, убедить в чем угодно. Поэтому, именно поэтому ее надо защищать, любить и баловать.
Инна целовала своего Блинка. Вспомнила при этом, как горилла ласкала своего детеныша в сухумском питомнике.
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін