Чем крупнее дыры, тем меньше их плотность. Их граница становится все эфемернее и все безопаснее для поглощаемых объектов. Если огромная черная дыра проглотит набор звезд, планет и мелких черных дыр, то они исчезнут из поля зрения внешнего наблюдателя и информация о них будет навсегда недоступной для него. Но если встать на точку зрения наблюдателя, падающего в черную дыру, то никакой потери информации не происходит: при попадании в огромную черную дыру мы снова увидим попавшие туда ранее звезды, планеты и мелкие черные дыры. Граница крупной дыры перестает быть местом катастрофического разрушения («спагеттификации» и т.д.), а становится достаточно условным барьером, легко проницаемым в одну сторону. Это открывает дорогу к стационарности распределения черных дыр во Вселенной, потому что когда самая большая черная дыра мира разрастается до размеров самой Вселенной, то она «съедает» все галактики. Мы попадаем внутрь этой дыры и снова видим поглощенное ею вещество, а граница черной дыры уходит на периферию мира. То есть мы фактически избавляемся от единственной, зато самой большой дыры в распределении — и это позволяет уравновесить рост популяции черных дыр. Рецепт избавления от «неуничтожимой» большой дыры заставляет вспомнить легенду о писателе Мопассане, который терпеть не мог Эйфелеву башню, но каждый день обедал в ресторане, расположенном в ней, — в единственном месте Парижа, откуда башня была не видна.
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін