Философии пора воскреснуть потому, что без нее с челове­ком случаются ужасные вещи. Он практичен; он прогрессивен; он верит в пользу; он верит в эволюцию; он делает то, что под рукой; он предпочитает дела словам. Под ударами глухой глу­пости и слепой случайности он опускается все ниже, и единст­венное его утешение — набор перечисленных нами штампов. Штампы эти — заменители собственных мыслей и обрывки мыслей чужих — говорят о том, что человеку, обходящемуся без философии, хуже, чем корове: он не может отдаться на волю инстинктов. Корова — может, потому она так благодушна. У человека только две возможности: или он сознательно руково­дствуется определенной философской системой, или бессозна­тельно подбирает осколки чужих, рухнувших систем. Образцы таких черепков — упомянутые выше фразы. Идеи практично­сти — все, что устояло от прагматизма, который, конечно, усто­ять не смог. Но упаси нас Боже подойти к Человеку Практично­му и спросить его о прагматизме! «Делай то, что под рукой» — явная чепуха, сколько ни вписывай этот девиз в записные книж­ки. В девяти случаях из десяти это значит: «Делай то, к чему ты наименее пригоден». «Дела, а не слова» — прекрасный образец «слов, а не мыслей». Бросить камешек в воду — дело; но слово посылает человека на каторгу. Конечно, есть слова пустые; из них состоит газетная мудрость и популярная наука.