Когда они вошли в хижину, Юлиан запер дверь и увидал, что прокаженный сидит на лавке. Род савана прикрывал его, спускаясь по пояс; и плечи, и грудь, и худые руки путника исчезали под чешуей гнойных прыщей. Глубокие морщины бороздили его лоб. Подобно скелету, у него была дыра вместо носа; из синеватых губ выходило дыхание, густое и удушливое, как туман.
– Я голоден! – сказал он.
Юлиан подал ему, что имел: кусок старого сала и корку черного хлеба
Легенда о св. Юлиане Странноприимце
·
Гюстав Флобер
