Накануне заключения сепаратного мира с Германией у России не было плана проведения массовой демобилизации. Не было средств, и достать их было негде. («От кого?» — воскликнул один из делегатов.) Рубль резко обваливался, и, хотя режим только что объявил о «так называемой», как выразился экономист-меньшевик Л. Б. Кафенгауз, национализации всех банков, в реальности все свелось к захвату контроля над банковскими вкладами и запасами капитала, а вовсе не к созданию новой системы формирования капитала или разработке планов по его распределению.
Тревожная жизнь: дефицит и потери в революционной России
·
Уильям Розенберг
