Но как бы щенки ни были сдержанны, Понго всей шкурой почувствовал исходившие от них любовь и веру в него. И все вдруг обрели лицо, перестав быть просто задачей, которую он обязан решить. И он понял, что они все его дети. Понял, что теперь ни за что не сможет их предать.
