С ещё более нечётким и зыбким сознанием воспринималась им война. Тут он оказывался совершенно беспомощным. Всё его существо противилось тому реальному, что происходило, – он не то что не хотел, а просто не знал, куда, в какой уголок души поместить хотя бы временно и хотя бы тысячную долю того, что совершалось: пятый месяц немцы безудержно продвигались вперёд, к Москве… Это было, конечно, правдой, потому что… потому что об этом говорил сам Сталин.
Убиты под Москвой
·
Константин Воробьев
