Главное, что час гаденыша настал. И Юрию несказанно повезло, что они разделились и ему не придется одновременно гоняться за двоими.
Непривычно трезвая злость собралась внутри в плотный комок, готовый в любую секунду вырваться наружу.
Он двинулся дальше по тропинке и вышел на небольшую загаженную полянку, посреди которой расположился продолговатый бетонный блок. К удивлению Юрца там сидел не один из тех двоих упырят, а третий — тот, у которого деда недавно похоронили.
Тонкое, осунувшееся лицо лупало влажными глазами, словно сова, которую разбудили средь бела дня. Скулы, щеки, подбородок — все было мокрым от слез. На правой щеке красовалось ярко-алое пятно.
Да, видно, худо пришлось ихней семейке.
— Ну что, сопляк, — поприветствовал жертву Юрий.
У паренька задрожали тощие плечи. Обосрался, спиногрыз.
— Моя очередь развлекаться, — сказал Юрец. Он достал из кармана нож и в два прыжка преодолел расстояние до мальчишки
1994. Русский роман ужасов
·
Алекс Лоренц
