Потому что во всей России нет больше ни одного человека, который бы, рискуя жизнью, принял на себя хоть на пару часов хотя бы часть тех забот, которые пришлось нести мне и мне подобным. Я попал в этот суд по ошибке. У меня нет никого. Мои родители погибли в автокатастрофе. У меня нет ничего, кроме сердца, на котором было бы приятно поставить штамп. Но я не хочу, чтобы у меня был штамп. Я не хочу быть чушью. И мне некуда бежать. Границы закрыты. Я, я последний европеец в этой стране, не считая этого шута горохового! Он показал себе под стул, где сидел, оказывается, все это время иностранец. И тебя. Тебя, мой друг, просвещенный ученый, который знает, что такое Эвтерпа
Пьяный полицейский
·
Антон Ботев
