Самуил нахмурился — он боялся напугать юную берегиню — и сделал шаг назад, в тень, намереваясь исчезнуть.
— Стой! — крикнула она.
Каблуки туфель застучали по камню — пробежав две колонны, она остановилась у входа во дворик.
Ее грудь взволнованно поднималась, а глаза лучились теплотой. Она была рада его видеть.
«Это не Нина, — напомнил Самуил себе. — Она не может помнить меня».
Она выскочила во внутренний дворик, и подошвы окунулись в ковер травы. Словно боясь спугнуть его, она сделала несколько шагов и остановилась.
— Вы? — выдохнула она дрожащим от волнения голосом.
В непонимании Самуил вышел из тени. Алые одежды словно стали ярче на фоне белоснежного мрамора колонн, а время остановилось. Тишина внутреннего дворика наполнилась напряжением. Он нахмурился и замер, не решаясь подойти ближе.
Она мягко улыбнулась и медленно сократила расстояние между ними до одного шага. В голове Самуила взметнулся ворох противоречивых мыслей.
— Ты знаешь, кто я? — хрипло спросил он, смотря на берегиню с высоты своего роста.
— Самуил, — прошептала она и сделала еще шаг, приближаясь так близко, что он занервничал. Если бы она собиралась его убить, то он совершил большую ошибку, подпуская ее так близко. Он не знал, как именно ее воспитывали в этой жизни и что она намеревалась сделать. — Каждую ночь, сколько себя помню, ты снился мне, — прошептала она и подняла руку.
— Ты что-то помнишь… — Он замолчал, не договорив.
Ладонь берегини легла на его щеку. Она мягко улыбнулась, всматриваясь в его глаза, и провела по коже большим пальцем.
— Что такое человеческая жизнь? Лишь мгновение, но не для меня. Я ждала все эти годы, а ты не приходил. Забыл меня? — прошептала она, и лицо Самуила вытянулось.
Он не мог поверить, что берегиня могла помнить прошлую жизнь. Но по-другому невозможно было объяснить нежность в ее словах и голосе.
— Нина? — Голос завибрировал, а алые одежды заколыхались даже без малейшего ветра.
Она мягко улыбнулась, подтверждая его догадку.
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін