В результате Россия почти все время колебалась между двумя полюсами: (1) настойчивыми декларациями собственного величия (возрожденными в различных вариациях из хранилища культурных образов) и (2) острым осознанием собственной отсталости из‑за различных промахов и неудач. Это осознание должно было сглаживаться за счет программы экстренной модернизации, на которую, как считалось, Россия была способна, мотивируемая идеологией великой державы. Это создавало тревожное напряжение в самовосприятии, а также в ее взаимодействии с внешним миром, что превратилось в очередную дискурсивную ловушку для страны и ее политических нарративов.
Погоня за величием. Тысячелетний диалог России с Западом
·
Анатолий Решетников
