ился, снял крышку.
— Прощай, честной народ, сейчас разобьюсь.
И совсем уже с шестка сигануть хотел, как вдруг, спросонок, ухватил его рогами дурень ухват и махнул в печь.
Противень прыгнул за горшком, заслонка закрылась сама собой, а скалка скатилась с шестка и ударила по голове стряпуху.
— Чур меня, чур... — залопотала стряпуха. Кинулась к печке — все на месте, как было.
В окошке брезжит, словно молоко снятое, утренник.
— Затоплять пора, — сказала стряпуха и зевнула, вся даже выворотилась.
А когда открыла заслонку — в печи лежал горшок, расколотый на две половинки, щи пролились, и шел по избе дух крепкий и кислый.
Стряпуха только руками всплеснула. И попало же ей за завтраком!
Сорочьи сказки
·
Алексей Константинович Толстой
