Очевидно, если мы хотим говорить о настоящей свободе, то речь должна идти не о свободе отношений или свободных отношениях, а, наоборот, об отношениях в свободе — то есть, продолжая электромагнитную метафору, о поле непринужденности, в котором разворачиваются игры соотношений.
