Отпускать она умела, потому что другого выбора жизнь не дала. С легкостью отдавала на откуп ветру деньги, значимость которых так и не смогла понять, обрывала ставшие слишком обременительными связи, не оборачиваясь, прощалась с воспоминаниями, что начинали давить непосильным грузом.
Но это новое, едва появившееся чувство отпускать была не готова. И не оттого, что упрямство – второе имя: в сердце, сливаясь с венами, уже пульсировали тонкие корни. Те самые, в появление которых она давно перестала верить.
