Герцен был совсем другое: то был продукт нашего барства, gentilhomme russe et citoyen du monde*[1] прежде всего, тип, явившийся только в России и который нигде, кроме России, не мог явиться
Собрание сочинений в пятнадцати томах. Том 12. Дневник писателя 1873. Статьи и очерки
·
Фёдор Достоевский
