На голове у существа была рыжая шляпка, а там, где у людей бывает лицо, все разрисовано черным и белым.
Ник быстро стал за стойку – на всякий случай.
– Са-а-ндрик! Где ты был? Все уехали, а я тут одна! Сиплый и я! И еще два чувака, незнакомые какие-то! А ты меня бро-о-сил!
– Я в легавке был, – сказал Сандро с гордостью, – мне дело шьют, прикинь!
– Тебе?! – обмерло от восторга существо. – Ты че, на Триумфальную арку на «поршике» въехал? Или в Мавзолей?
– Где Маргарита? С утра, мать ее, не дозовешься!
– Ты же в легавке был, – удивилось существо. – А Маргарита твоя здесь. Сандрик, а это кто? У тебя шофер новый?
Тут Сандро неизвестно почему обиделся и сказал, что это не шофер новый, а его брат Ник – старый. Засмеялся собственной шутке и пошел куда-то, через голову стягивая толстовку.
– Маргарита Степановна!!! – издалека послышался его голос. – Мне воды с лимоном, пиваса ледяного и ванну! Пивас в ванну подайте!
– Сандро! – позвал Ник, стараясь не смотреть на существо. – Сандро, позвони Глебову!..
– Лиса, – представилось существо и протянуло Нику изломанную не в ту сторону конечность – так ему опять показалось. – А ты правда брат, а не шофер?
Ник попытался ее обойти, но куда там!
– Сиплый! – закричала Лиса. – Разве у нашего Сандрика есть брат?
– А разве нет? – закричали в ответ.
– Я не зна-а-ю, – протянула Лиса. – Он не похож на Сандрика, а похож на шофера!..
– Лиска, че ты гонишь?!
Из глубин квартиры выполз, почесываясь и щурясь, бородатый не первой свежести молодчик в черной майке-алкоголичке и брезентовых штанах. Борода у него была на одну сторону, видно, молодчик не успел ее пригладить, а руки, шея и грудь сплошь покрыты татуировками.
– Я Сиплый, – представился он. – Сандриков хоуми[1]. Можешь звать меня Юра. Ты че, правда братан нашего?
– Правда, – сказал Ник. – Дайте я пройду.
– Проходи, кто тебе не дает, бро! Тут все свои! – Юра-Сиплый притопнул на манер Сандро и проговорил нараспев: – Мы своих не томим у порога, для своих открываем дорогу, братья, бу-де-те все обогреты, нам не страшны Вселенной вендетты!..
Николай Галицкий развеселился. Слово «вендетта», извергнутое всклокоченной бородой, его позабавило.
– Если ты брат, то ты кто? – вновь привязалось существо. – Ну, то есть кто? Райтер? Звуковик? Промоутер?
– Прошу прощения, – пробормотал Ник, обходя ее.
Сандро не было видно. Точнее, он был везде – на плакатах, картинах, на кирпичах и досках, даже на полу был Сандро, выложенный чем-то наподобие мозаики.
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін