Среди людей, с которыми я работаю, подавляющее большинство – иммигранты. В их среде нищета – обычное дело. Статистика грамотности в Чикаго выглядит уныло. Примерно у трети взрослых жителей города образовательный уровень очень низкий, а это значит, что они не могут составить заявление о приеме на работу, прочесть указатели или разобраться, на какой остановке линии «Л» им выходить. А помочь детям с уроками – и вовсе не выполнимая задача.
У нищеты разные лица, но все одинаково мрачные.
Старухи, спящие свернувшись в клубок на скамейках в городских парках. Все их немногочисленное имущество сложено в тележку, украденную из супермаркета. Пропитание эти несчастные добывают, роясь в городских помойках в поисках объедков.
Мужчины, в морозные январские дни сидящие прямо на тротуаре, привалившись к стенам чикагских небоскребов. Несмотря на неудобные позы, они крепко спят, прислонив к себе картонные таблички: «Помогите ради бога. Нет денег на еду».
Дома, в которых живут нищие, находятся в ужасающем состоянии, и расположены они в опасных, криминальных районах. В лучшем случае эти люди отказывают себе в продуктах, в худшем – голодают. Они вынуждены обходиться без элементарной медицинской помощи, даже прививки для них – непозволительная роскошь. Их дети учатся в школах, не получающих надлежащего финансирования. Большинство ребят в таких учреждениях трудные, с серьезными проблемами в поведении, здесь процветает насилие. А еще такие дети, по статистике, очень рано начинают сексуальную жизнь, и таким образом процент населения, живущего в нищете, неуклонно пополняется. Девочки-подростки рожают слабых младенцев со слишком низким весом, которые не получают ни медицинской помощи, ни прививок. Дети болеют и голодают.
Больше всего нищих среди чернокожих и латиноамериканцев, однако от этой беды не защищен никто
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін