Расплюев. Ты с ним жила?
Людмила. Жила.
Расплюев. Ну что, он оборачивался?
Людмила. Завсегда.
Расплюев. Во что же он оборачивался?
Людмила. В стену.
Расплюев. Как же он в стену оборачивался?
Людмила. А как я на постель полезу, так он, мошенник, рылом-то в стену и обернется. Так вот я с ним одиннадцать годков и мучилась; глаза выплакала, с разбойником; глаз, бывало, не сомкну, все плачу, а он дрыхнет себе, да и только, горой его раздуй; а теперь, жеребец, и от меня отрекся, и от детей-то отрекся, кормить не хочет; это не мои, говорит, дети. Чьи ж, мол, эти дети, коли не твои? Укажи, чьи? Так не указывает.
Весь А. Сухово-Кобылин
·
Александр Сухово-Кобылин
