Серафима крикнула ей, утирая глаза платком:
— Прощай, Лукерья!
— Скатертью дорога, милая, — бойко ответила ей та. — Без вас тут воздух чище будет.
— Вот сволочь баба! — выругался в сердцах Каргин и погрозил Лукерье кулаком. — Не радуйся, лоскутница. Мы еще вернемся.
— А это вилами на воде писано! — прокричала ему вдогонку Лукерья.
